В 1828 году Ференц Лист, молодой пианист, давал уроки музыки Каролине де Сен-Крик. Её отец, министр Пьер де Сен-Крик, прервал их отношения, посчитав статус музыканта слишком низким для своей дочери. Лист после этого тяжело заболел и едва не ушел в монастырь, а Каролину выдали замуж за Бертрана Дартиго. Они уехали на юг Франции, в город По. Там у Каролины родилась дочь — Берта.
В 1867 году в том же городе По в монастырь Кармелиток поступила Мариам Бауарди — арабская девушка из галилейской деревни Ибилин. К этому моменту она уже пережила нападение в Александрии, где ей перерезали горло за отказ сменить веру, и скитания по Ближнему Востоку и Европе. Семья Сен-Крик была главными меценатами этого монастыря. Берта, ставшая к тому времени наследницей огромного состояния, познакомилась с Мариам. Несмотря на огромную социальную пропасть, между ними возникла связь. Мариам часто рассказывала Берте о своей родине — Палестине.
В 1875 году Мариам покинула Францию, чтобы основать первый монастырь Кармеля в Вифлееме. Берта финансово поддерживала эту миссию. В 1878 году, во время поездки по Иудейским холмам, Мариам указала на руины в арабской деревне Имвас. Она заявила, что «видит» здесь истинный библейский Эммаус. На тот момент это место было заброшенным пустырем с грудами камней. По просьбе Мариам, Берта де Сен-Крик начала процесс выкупа этих земель у местных владельцев.
Мариам умерла в Вифлееме в том же 1878 году (в возрасте 32 лет) из-за несчастного случая на стройке. Берта осталась одна, но решила довести дело до конца. Она продала недвижимость семьи Сен-Крик во Франции и окончательно переехала в Иерусалим. На её деньги были наняты рабочие и приглашен капитан французской армии Жозеф-Бернар Гиймо. Он провел первые научные раскопки, которые открыли миру византийскую базилику Никополиса с её мозаиками.
- Берта де Сен-Крик умерла в 1887 году. Она завещала похоронить себя не в фамильном склепе во Франции, а прямо там, в Эммаусе. Её могила и сегодня находится на территории археологического парка.
- Мариам Бауарди прошла долгий путь церковного признания. В 2015 году папа Франциск официально причислил её к лику святых.
- Ференц Лист закончил жизнь аббатом, так и не забыв Каролину. История его несостоявшегося брака с семьей Сен-Крик в итоге косвенно привела к тому, что капиталы этой семьи пошли не на роскошь, а на спасение одной из главных христианских святынь. Сегодня эти три линии сошлись в одной географической точке — Эммаусе-Никополисе, где стоят руины, открытые Гиймо, и лежит плита с именем графини, услышавшей слова арабской монахини.
Это путешествие начинается в белоснежной пене цветущего миндаля кибуца Шаалвим, где воздух в это время наполнен тонким ароматом, а пейзаж кажется сошедшим с библейских страниц — ведь именно здесь когда-то проходили границы надела колена Данова. Оставив позади нежное цветение, мы углубляемся в Латрунский выступ, стратегический «замок» на пути к Иерусалиму, где каждый камень пропитан историей борьбы и веры. На холмах Эммауса-Никополя древние руины византийской базилики хранят память о чуде Воскресения, а само это место открылось миру благодаря духовному озарению «маленькой арабки» Мариам Баоуарди и подвижничеству графини Беатрис де Сен-Крик, выкупившей эти земли для будущих поколений. Минуя суровые стены монастыря молчальников, дорога ведет нас к самому атмосферному объекту маршрута — заброшенной станции Сорек. Здесь, среди высокой травы, возвышается величественный вокзал из светлого известняка, где над изящной балюстрадой балкона до сих пор виден османский картуш — немой свидетель былого имперского величия. Внутри здания время замерло на ступенях массивных бетонных лестниц, а рядом, на путях, стоят железные ветераны: грузовой вагон и маневровый локомотив с ярко-желтой маркировкой, чьи буферы всё еще помнят ритм работы 1990-х годов. Особняком стоит скромный памятник египетским рабочим, напоминающий о тысячах безымянных строителей, прокладывавших здесь железную дорогу в годы Первой мировой войны. В этом месте тишина заброшенных путей лишь изредка нарушается свистом современного поезда, проносящегося мимо и подчеркивающего удивительную связь между глубоким прошлым и стремительным настоящим, которую можно почувствовать только здесь.
