На площади Святого Николая, напротив старой барочной церкви, есть табличка, которая напоминает о человеке, оказавшемся здесь задолго до того, как Бильбао стал современным городом. В 1780 году через этот порт прошёл Джон Адамс — будущий президент Соединённых Штатов, тогда ещё дипломат на пути во Францию. Он остановился в местной постоялой гостинице, и, как потом писал, был поражён тем, как живут баски.
Земля Басков всегда стояла особняком. Между морем и горами, между Испанией и Францией, она хранила собственные законы — фуэро, автономные права, дававшие местным жителям больше свободы, чем имели многие европейцы того времени. Баски были моряками, рыбаками, торговцами, людьми, зависевшими от ветра и приливов, но при этом упрямыми защитниками самоуправления. Именно это сочетание — морская открытость и внутренняя независимость — и поразило Адамса.
Он увидел здесь пример общества, где уважение к традиции не мешает свободе, а местные права могут существовать в рамках общего государства. Позже, уже в Америке, эти наблюдения нашли отражение в его идеях о федерализме — о балансе между независимостью штатов и единством страны.
Сегодня храм Святого Николая, покровителя моряков и путешественников, стоит рядом с тем местом, где когда-то ночевал Адамс. Его фасад, обращённый к реке, словно напоминает: море приносит не только корабли и товары, но и идеи. И иногда именно они становятся тем ветром, что меняет историю.
Эта прогулка — не просто по старым улицам Бильбао, а по его памяти. Здесь всё близко: готические ворота собора Сантьяго и лёгкий шум «Фонтана собак», старинные таблички, на которых ещё видны следы наводнения 1983 года, и бар Xukela, где дух города живёт в бокале вина и смехе у стойки. Мы пройдём по Calle del Perro и Calle de la Torre — улицам с именами, в которых застыли легенды и башни старых родов. На каждом шагу — история: о басках, чьи башни напоминают грузинские Сванетские дома; о Диего Марии Гардокье, первом после Испании в США; о Педро Аррупе — баске, возродившем орден иезуитов в XX веке. Мы выйдем к реке, где стояли корабли, и в конце окажемся в Эль Аренале — парке, где город научился дышать, любить и слушать музыку собственного сердца. Эта прогулка — как разговор с Бильбао. Без гида и без позы, просто как с другом, у которого за каждым углом — история.
