Одна из старейших мастерских Эйн-Хода, основанная в 1953 году, в год рождения самой деревни, супругами Бен-Ционом и Хаей Магаль — они были среди первых её жителей. Хая занималась керамикой, Бен-Цион — живописью. После их смерти дело продолжили дочери-близнецы Това и Хения, которые и сегодня создают керамику, сохраняя родительские традиции и добавляя собственный почерк.
Работы студии легко узнать по ярким глазурям, насыщенным цветам и ручной росписи — посуда, украшения, предметы иудаики: мезузы, подсвечники, блюда, где традиционные еврейские мотивы соседствуют с современным дизайном, а на полках вечно пахнет обожжённой глиной. Студия открыта круглый год, здесь можно не только посмотреть на процесс, но и самому расписать что-нибудь на мастер-классе.
«В Эйн-Ходе наследство — это не только дома и мастерские. Здесь по наследству передаются ремесло, художественный вкус и любовь к искусству». Зайди внутрь — художники будут тебе рады.
Даже не заходя внутрь, глянь на витрину или открытую дверь мастерской:
По какому признаку керамику студии Magal узнаешь раньше, чем прочтёшь подпись?
Добро пожаловать в Эйн-Ход. Меня, честно говоря, никто официально не назначал гидом — я просто здесь живу, среди мастерских, запаха масляной краски и разговоров об искусстве, которые в этой деревне не смолкают никогда. Сегодня поведу тебя по своим же улицам — и, чувствую, снова в них влюблюсь, как в первый день.
Смотри внимательно: место здесь непростое. Эйн-Ход вырос на руинах старой арабской деревни — во времена Салах-ад-Дина эти земли достались курдскому военачальнику Абу эль-Хидже, и не одно поколение здешних жителей считало себя его потомками. Эти камни помнят крестоносцев, помнят арабский период, а теперь вот помнят и нас, художников. Соседи по временной шкале подобрались, признаться, занятные.
Сегодня здесь живут не воины и не феллахи, а скульпторы, музыканты, архитекторы, ювелиры и гончары — тоже, по сути, строители, просто материал у них другой: бронза, глина, ржавое железо и порядочная доля упрямства. Двери мастерских часто нараспашку — заходи, спрашивай, смотри, вдыхай запах лака и сырой глины, никто не прогонит.
Но главное в Эйн-Ходе — не отдельная скульптура и не отдельная галерея, а общее настроение места: кривые улочки, внезапные дворики, скульптуры именно там, где их совсем не ждёшь. Такое чувство, что вся деревня — одна огромная мастерская под открытым небом, а ты сегодня просто в гостях у художника. У меня.
Ну что, идём? Будет история, будет искусство, будет тишина, которую здесь особенно берегут, — и, чувствую, будет о чём поспорить.
